Чем свет уж на конях сидят

Опубликовано: 25.09.2022

Примечания.

Написано в конце 1825 г., напечатано в 1827 г. Первая реалистическая поэма Пушкина. В «Графе Нулине» в живых, точных и в то же время поэтических картинах показана русская природа, жизнь и быт самых обыкновенных, ничем не выдающихся людей. Они привлекают теперь поэта, поставившего себе новую задачу — познать, закрепить в слове, поэтическом образе не только экзотику и романтику, а весь обширный мир, окружающий его. Пушкин здесь полностью отходит от возвышенного, «романтического» стиля и говорит простым, почти разговорным стилем, но в то же время высокопоэтическим, с быстрыми переходами от легкого шутливого тона к проникновенно-лирическому («Кто долго жил в глуши печальной…» и т. д.). «Граф Нулин» — единственная из четырех шутливых поэм Пушкина, в которой шутка, легкомысленный сюжет — не являются оружием в серьезной литературной или политической борьбе (в «Руслане и Людмиле» — против реакционного романтизма, в «Гавриилиаде» — против правительственного реакционного ханжества, в «Домике в Коломне» — против реакционных критиков-моралистов). Здесь Пушкин только иногда как бы слегка поддразнивает читателей и критиков, не привыкших к поэтическому воспроизведению обыденности. Сюда относится, например, сцена первого появления героини поэмы — не ночью, при луне, в поэтической обстановке, как было принято в романтической поэме, а в заспанном виде, «и ночном чепце, в одном платочке»; описание заднего двора усадьбы, или такие небывалые еще в поэме стихи:

В заметке о «Графе Нулине» (1830) Пушкин указывает, что его поэма представляет собой пародию на шекспировскую поэму «Лукреция», написанную на сюжет римской легенды об изгнании царей: сын царя Тарквиния Гордого Тарквиний обесчестил Лукрецию, жену находившегося на войне Коллатина. Лукреция закололась, а Коллатин и его друг Брут подняли народное восстание, кончившееся изгнанием царей. В упомянутой заметке Пушкин полушутя говорит «о мелких причинах великих последствий». «Я подумал, — пишет он, — что, если бы Лукреции пришло в голову дать пощечину Тарквинию? быть может, это охладило б его предприимчивость и он со стыдом принужден был отступить? Лукреция б не зарезалась, Публикола[8] не взбесился бы, Брут не изгнал бы царей, и мир и история мира были бы не те… Мысль пародировать историю и Шекспира мне представилась, я не мог воспротивиться двойному искушению и в два утра написал эту повесть».

Некоторые места в «Графе Нулине» действительно представляют собой остроумную пародию шекспировской поэмы. Вряд ли, однако, можно всерьез принимать слова Пушкина, что основной смысл «Графа Нулина» в пародировании мало кому известной поэмы Шекспира. Нет сомнения, что без этого указания самого поэта никому из исследователей не пришло бы в голову сделать подобные сопоставления — настолько далека «Лукреция» Шекспира от поэмы Пушкина и по сюжету и по всему характеру. Правдоподобным кажется такое объяснение происхождения поэмы.

Летом 1824 г. Пушкин был сослан Александром I в деревню Михайловское без права выезда оттуда. На хлопоты друзей о возвращении его, на прошения самого Пушкина и его матери всякий раз следовал отказ. Пушкин задумал, получив разрешение, поехать для операции аневризма в Ревель и убежать оттуда за границу, но проведавшие об этом его друзья помешали его замыслу. Он пытался, переодевшись слугой, бежать за границу — и эта попытка не удалась. Положение свое Пушкин считал безнадежным, так как он знал упрямство Александра I и ненависть его к себе. И вдруг в начале декабря он получает известие о неожиданной смерти Александра I в Таганроге. Непредвиденность этого события, которое, как он был уверен, сулило ему скорое освобождение (Пушкин не знал о близком выступлении декабристов), и радость его по этому поводу и были, видимо, причиной как создания «в два утра» веселой, беззаботной поэмы, так и размышлений о громадной роли случайностей в жизни человека и в истории.

Ожесточенные нападки реакционной критики на «Графа Нулина», главным образом за его «безнравственность», «бессодержательность», за введение в «высокую» поэзию «прозаических» объектов изображения очень волновали Пушкина. В рукописях его сохранились интересные рассуждения на эту тему, в которых в связи с критикой «Графа Нулина» поэт затрагивает серьезные вопросы о задачах литературы, о нравственности и нравоучении в литературе и т. п.

Из ранних редакций.

После стиха «Не спится графу — бес не дремлет… » в рукописи следовало:

После стиха «Отправился, на все готовый…»:

После стиха «Не гладит стриженых кудрей»:

Прозрачных (ажурных) (франц.).

С ужасной книжкою Гизота — Французский историк и политический деятель Франсуа Гизо (Guizot) в это время подвергался преследованиям французского королевского правительства за свои политические брошюры и книги, где доказывал обреченность монархического режима.

И так далее, и так далее (франц.).

Он очень плох, он просто жалок (франц.).

Пора, пора! рога трубят;
Псари в охотничьих уборах
Чем свет уж на конях сидят,
Борзые прыгают на сворах.
Выходит барин на крыльцо;
Всё, подбочась, обозревает,
Его довольное лицо
Приятной важностью сияет.
Чекмень затянутый на нем,
Турецкой нож за кушаком,
За пазухой во фляжке ром,
И рог на бронзовой цепочке.
В ночном чепце, в одном платочке,
Глазами сонными жена
Сердито смотрит из окна
На сбор, на псарную тревогу…
Вот мужу подвели коня;
Он холку хвать и в стремя ногу,
Кричит жене: не жди меня!
И выезжает на дорогу.

В последних числах сентября
(Презренной прозой говоря)
В деревне скучно: грязь, ненастье,
Осенний ветер, мелкой снег,
Да вой волков; но то-то счастье
Охотнику! Не зная нег,
В отъезжем поле он гарцует,
Везде находит свой ночлег,
Бранится, мокнет и пирует
Опустошительный набег.

А что же делает супруга
Одна в отсутствии супруга?
Занятий мало ль есть у ней:
Грибы солить, кормить гусей,
Заказывать обед и ужин,
В анбар и в погреб заглянуть,
Хозяйки глаз повсюду нужен;
Он вмиг заметит что-нибудь.

К несчастью, героиня наша…
(Ах! я забыл ей имя дать.
Муж просто звал ее: Наташа,
Но мы — мы будем называть:
Наталья Павловна) к несчастью,
Наталья Павловна совсем
Своей хозяйственною частью
Не занималася; затем,
Что не в отеческом законе
Она воспитана была,
А в благородном пансионе
У эмигрантки Фальбала.

Она сидит перед окном.
Пред ней открыт четвертый том
Сентиментального романа:
Любовь Элизы и Армана,
Иль переписка двух семей.
Роман классической, старинный,
Отменно длинный, длинный, длинный,
Нравоучительный и чинный,
Без романтических затей.

Наталья Павловна сначала
Его внимательно читала,
Но скоро как-то развлеклась
Перед окном возникшей дракой
Козла с дворовою собакой
И ею тихо занялась.
Кругом мальчишки хохотали.
Меж тем печально, под окном,
Индейки с криком выступали
Вослед за мокрым петухом.
Три утки полоскались в луже,
Шла баба через грязный двор
Белье повесить на забор,
Погода становилась хуже —
Казалось, снег идти хотел…
Вдруг колокольчик зазвенел.

Кто долго жил в глуши печальной,
Друзья, тот верно знает сам,
Как сильно колокольчик дальный
Порой волнует сердце нам.
Не друг ли едет запоздалый,
Товарищ юности удалой?…
Уж не она ли?… Боже мой!
Вот ближе, ближе… сердце бьется…
Но мимо, мимо звук несется,
Слабей….. и смолкнул за горой.

Наталья Павловна к балкону
Бежит обрадована звону,
Глядит и видит: за рекой,
У мельницы, коляска скачет.
Вот на мосту — к нам точно! нет;
Поворотила влево. Вслед
Она глядит и чуть не плачет.

Но вдруг — о радость! косогор —
Коляска на бок. — «Филька, Васька!
Кто там? скорей! вон там коляска.
Сей час везти ее на двор
И барина просить обедать!
Да жив ли он? беги проведать,
Скорей, скорей!…»

Слуга бежит.
Наталья Павловна спешит
Взбить пышный локон, шаль накинуть,
Задернуть завес, стул подвинуть,
И ждет. «Да скоро ль, мой творец?»
Вот едут, едут наконец.
Забрызганный в дороге дальной,
Опасно раненый, печальный
Кой-как тащится экипаж.
Вслед барин молодой хромает.
Слуга-француз не унывает
И говорит: allons, courage!
Вот у крыльца, вот в сени входят.
Покаместь барину теперь
Покой особенный отводят
И настежь отворяют дверь —
Пока Picard шумит, хлопочет,
И барин одеваться хочет,
Сказать ли вам, кто он таков?
Граф Нулин из чужих краев,
Где промотал он в вихре моды
Свои грядущие доходы.
Себя казать, как чудный зверь,
В Петрополь едет он теперь
С запасом фраков и жилетов,
Шляп, вееров, плащей, корсетов,
Булавок, запонок, лорнетов,
Цветных платков, чулков а jour,
С ужасной книжкою Гизота,
С тетрадью злых карикатур,
С романом новым Вальтер-Скотта,
С bon-mots парижского двора,
С последней песней Беранжера,
С мотивами Россини, Пера,
Et cetera, et cetera.

Наталья Павловна раздета;
Стоит Параша перед ней.
Друзья мои, Параша эта
Наперсница ее затей;
Шьет, моет, вести переносит,
Изношенных капотов просит,
Порою с барином шалит,
Порой на барина кричит,
И лжет пред барыней отважно.
Теперь она толкует важно
О графе, о делах его,
Не пропускает ничего,
Бог весть, разведать как успела.
Но госпожа ей наконец
Сказала: «полно, надоела!»
Спросила кофту и чепец,
Легла и выдти вон велела.

Своим французом между тем
И граф раздет уже совсем.
Ложится он, сигару просит,
Monsieur Picard ему приносит
Графин, серебряный стакан,
Сигару, бронзовый светильник,
Щипцы с пружиною, будильник
И неразрезанный роман.

В постеле лежа, Вальтер-Скотта
Глазами пробегает он.
Но граф душевно развлечен…
Неугомонная забота
Его тревожит; мыслит он:
«Неужто вправду я влюблен?
Что, если можно?… вот забавно!
Однако ж это было б славно.
Я, кажется, хозяйке мил» —
И Нулин свечку погасил.

Несносный жар его объемлет,
Не спится графу. Бес не дремлет
И дразнит грешною мечтой
В нем чувства. Пылкой наш герой
Воображает очень живо
Хозяйки взор красноречивый,
Довольно круглый, полный стан,
Приятный голос, прямо женской,
Лица румянец деревенской —
Здоровье краше всех румян.
Он помнит кончик ножки нежной,
Он помнит: точно, точно так!
Она ему рукой небрежной
Пожала руку; он дурак,
Он должен бы остаться с нею —
Ловить минутную затею.
Но время не ушло. Теперь
Отворена конечно дверь…
И тотчас, на плеча накинув
Свой пестрый шелковый халат
И стул в потемках опрокинув,
В надежде сладостных наград,
К Лукреции Тарквиний новый
Отправился на всё готовый.

Так иногда лукавый кот,
Жеманный баловень служанки,
За мышью крадется с лежанки:
Украдкой, медленно идет,
Полузажмурясь подступает,
Свернется в ком, хвостом играет,
Разинет когти хитрых лап —
И вдруг бедняжку цап-царап.

Влюбленный граф в потемках бродит,
Дорогу ощупью находит.
Желаньем пламенным томим,
Едва дыханье переводит —
Трепещет, если пол под ним
Вдруг заскрыпит… вот он подходит
К заветной двери и слегка
Жмет ручку медного замка;
Дверь тихо, тихо уступает….
Он смотрит: лампа чуть горит
И бледно спальню освещает…
Хозяйка мирно почивает,
Иль притворяется, что спит.

Он входит, медлит, отступает —
И вдруг упал к ее ногам…
Она… Теперь, с их позволенья,
Прошу я петербургских дам
Представить ужас пробужденья
Натальи Павловны моей
И разрешить, что делать ей?

Она, открыв глаза большие,
Глядит на графа — наш герой
Ей сыплет чувства выписные
И дерзновенною рукой
Коснуться хочет одеяла…
Совсем смутив ее сначала…
Но тут опомнилась она,
И гнева гордого полна,
А впрочем, может быть, и страха,
Она Тарквинию с размаха
Дает — пощечину. Да, да,
Пощечину, да ведь какую!

Сгорел граф Нулин от стыда,
Обиду проглотив такую.
Не знаю, чем бы кончил он,
Досадой страшною пылая —
Но шпиц косматый, вдруг залая,
Прервал Параши крепкой сон.
Услышав граф ее походку
И проклиная свой ночлег
И своенравную красотку,
В постыдный обратился бег.

Как он, хозяйка и Параша
Проводят остальную ночь,
Воображайте. Воля ваша,
Я не намерен вам помочь.

Восстав поутру молчаливо,
Граф одевается лениво,
Отделкой розовых ногтей
Зевая занялся небрежно,
И галстук вяжет неприлежно,
И мокрой щеткою своей
Не гладит стриженых кудрей.
О чем он думает — не знаю;
Но вот его позвали к чаю.
Что делать? Граф, преодолев
Неловкой стыд и тайный гнев,
Идет.

Когда коляска ускакала,
Жена всё мужу рассказала
И подвиг графа моего
Всему соседству описала.
Но кто же более всего
С Натальей Павловной смеялся?
Не угадать вам. Почему ж?
Муж? — Как не так! совсем не муж.
Он очень этим оскорблялся,
Он говорил, что граф дурак,
Молокосос; что если так,
То графа он визжать заставит,
Что псами он его затравит.
Смеялся Лидин, их сосед,
Помещик двадцати трех лет.

Теперь мы можем справедливо
Сказать, что в наши времена
Супругу верная жена,
Друзья мои, совсем не диво.

-Рубрики

  • NG (110)
  • одежда (96)
  • coub (70)
  • геология (47)
  • ДЖЕНН (45)
  • музеи (17)
  • высоцкий (13)
  • ленин (13)
  • палеонтология (7)
  • современное искусство (7)
  • современное искусство (5)
  • егор иванов (3)
  • театр (2)
  • памятники (2)
  • pin-up (1)
  • Lara Fabian (0)
  • авто (163)
  • актеры и актрисы (318)
  • алкоголь (72)
  • антик (1)
  • антиквариат (5)
  • археология (90)
  • архитектура (597)
  • аудио (7)
  • быт (3)
  • великая отечественная (358)
  • видео (1784)
  • война (1633)
  • география (71)
  • гифки (120)
  • дача (44)
  • деньги (319)
  • детство (720)
  • дизайн (814)
  • еда (107)
  • единоборства (3)
  • женская красота (1860)
  • ЖИВОПИСЬ (5821)
  • здоровье (270)
  • знаменитости (400)
  • избранное (5412)
  • инсталляция (27)
  • интернет (176)
  • интерьер (711)
  • инфографика (57)
  • история (1619)
  • кино (401)
  • компьютерная графика (96)
  • космонавтика (30)
  • космос (447)
  • кошки (151)
  • красоты земли (523)
  • креатив (165)
  • кризис (1)
  • кулинария (794)
  • литература (270)
  • любовь (82)
  • любопытно (2570)
  • макро (93)
  • мифы и легенды (127)
  • мода (154)
  • море (501)
  • музеи (20)
  • музыка (873)
  • мультфильм (66)
  • наука (355)
  • обычаи (113)
  • оружие (728)
  • полезности (391)
  • поэзия (140)
  • прикладное творчество (159)
  • природа (711)
  • психология (73)
  • реклама (48)
  • религия (260)
  • ретро (486)
  • рецепты (670)
  • россия (690)
  • русский язык (99)
  • сев. кавказ (22)
  • секс (58)
  • семья (207)
  • скульптура (146)
  • собаки (346)
  • современная россия (2320)
  • спорт (161)
  • ссср (1085)
  • Сталин (103)
  • статьи (466)
  • стихийные бедствия (33)
  • страны (958)
  • тайны (7)
  • танец (70)
  • тесты (41)
  • техника (361)
  • умности (159)
  • флора и фауна (1003)
  • флэшки (37)
  • фотоискусство (2434)
  • фотошоп (143)
  • цветы (292)
  • эзотерика (32)
  • экология (127)
  • эротика (844)
  • ювелирные изделия (74)
  • юмор (1031)
  • язык (32)

-Метки

-Музыка

-Видео


Великий Майкл Флэтли и его "Lord of the 14.08.2012 --> Смотрели: 147 (11)
30 Seconds to Mars - "А Beautiful Lie" 01.04.2012 --> Смотрели: 429 (0)
Kingdom Come - "What Love Can Be" 01.04.2012 --> Смотрели: 173 (0)
Muse - "New born" 31.03.2012 --> Смотрели: 121 (4)
"Агата Кристи" 25.03.2012 --> Смотрели: 141 (10)

-Поиск по дневнику

-Интересы

-Друзья

-Сообщества

-Статистика

Пора, пора! рога трубят.




ДЕПОРТ ФРАНСУА Автопортрет в охотничьем костюме.
Шампиньёль, 1661 — Париж, 1743
Картина, принятая Королевской Академией живописи и скульптуры в 1699 г. Коллекция Королевской Академии

Пора, пора! рога трубят;
Псари в охотничьих уборах
Чем свет уж на конях сидят,
Борзые прыгают на сворах.
Выходит барин на крыльцо,
Всё, подбочась, обозревает;
Его довольное лицо
Приятной важностью сияет.
Чекмень затянутый на нем,
Турецкой нож за кушаком,
За пазухой во фляжке ром,
И рог на бронзовой цепочке.
В ночном чепце, в одном платочке,
Глазами сонными жена
Сердито смотрит из окна
На сбор, на псарную тревогу.
Вот мужу подвели коня;
Он холку хвать и в стремя ногу,
Кричит жене: не жди меня!
И выезжает на дорогу.

А.С. Пушкин. Поэма " Граф Нулин"


Повествование будет мноуровневым.
По моему, все, кто со мной общаются, уже знают что когда кобыла несет, то уж несет! Нежной женской ручкой ее точно не остановить. ))
Итак, часть первая!
К серьезным стихам светила русской поэзии прилагается классическая живопись - легкие, воздушные картины про охоту настоящих джентльменов!
Автор работ - Alken, Henry Thomas \ Генри Томас Алкен (1785-1851)








«Псовая Охота»
Выпив изрядно, поужинав плотно,
Барин отходит ко сну беззаботно.
Завтра велит себя раньше будить.
Чудное дело — скакать и травить!

Тешит степную и буйную волю
Благо тому, кто предается во власть
Ратной забаве: он ведает страсть.
И до седин молодые порывы
В нем сохранятся, прекрасны и живы,
Черная дума к нему не зайдет,
В праздном покое душа не заснет.
Кто же охоты собачьей не любит,
Тот в себе душу заспит и погубит.



Франсиско де Гойя и Лусиентес (1746 Фуендетодос - 1828 Бордо) - Перепелиная охота

♦♦♦
Ну и куда же без основного произведения, воспевающего все прелести охоты. ))



Василий Григорьевич Перов: Охотники на привале. 1871.

Охотники расселись возле костра, выпивают, закусывают. Один рассказывает:
— Волки окружили меня, делать нечего, пришлось лезть на дерево. Залез я на сук, сижу: Волки начали выть.
Вдруг: Сук — раз и обломался:
— Ой! И что же!
— Понятное дело разорвали.



Пьетро Лонги: Охотники на уток в лагуне

А эти охотники рассекают по карельским озерам в поисках дичи.
И не страшно что в названии картины река Миссури.
Мы то точно знаем что самая лучшая охота на уток может быть только на Карельских озерах. ))



Бингам Джордж Калеб: Охотники за пушным зверем на р.Миссури

Всречаются как-то двое охотников:
1: - Ну как охота?
2: - Да вот ежей настрелял!
1: - Нахрена это?!
2: - Жене на воротник, теще на стельки!



Семенов Андрей Николаевич. Охотники

Что желают охотникам?
Я даже не знаю.
Наверное, держать нос по ветру и всегда нападать на верный след!
Расставлять своим целям надежные ловушки и жить счастливо!
Но главное чтобы на охоте никогда не случалось такой физиономии!))



Коровин Константин - Неудача

♦♦♦
Охота – это спорт! Особенно когда заканчиваются патроны, а кабан ещё жив.



Охотники.
Автор: Dmitriy Dolgov


- Корнет, да что случилось с вами?
У ротмистра - побитый вид;
Штаб-ротмистр поник усами,
Едва на лошади сидит.
- Вчера, собравшись на охоту,
Не рассчитали что-то сходу:
Валить решили секача,
Но… перебрали сгоряча.
Клико, лафит, настойки, пиво…
Вы понимаете меня:
Надрался каждый, как свинья.
И тут настал момент «счастливый»:
Припёрся в наш нетрезвый стан
Подзадержавшийся кабан…


Все,баста карапузики!
Часть первая, местами серьезная лирически-историческая, закончена.
Переходим ко второй части - полностью дурашливой.
И проиллюстрирована она будет картинами Владимира Чумакова-Орлеанского.
Я не охотник, посему не знаю насколько эти картины реалистичны, но то,что они отлично отражают все тонкости мужского мира, по-моему никто не будет отрицать. )))
А главное то,что они поднимают настроение.
























♦♦♦
Водка на охоте спасла больше животных, чем весь Гринпис вместе взятый!






И наконец, третья часть Марлезонского балета - шутливо-заздравная, а посему исключительно личная!))
В канву поста с серьезной живописью и стихами самого Александра Сергеевича эта песенка как-то не вписывалась, а вот в качестве позитивного тоста настоящему охотнику очень даже хороша.



Удачной охоты тебе я пожелаю,
С азартом и прытью бродить по краю!
Быть хитрым и бодрым, добычу ловить,
И дичью вкуснейшей гостей накормить!

Желаю однажды поймать главный свой трофей – синюю птицу счастья!
А как поймаешь ее, холь и лелей, но не держи в клетке, а научи, подобно охотничьему соколу, всегда возвращаться к своему хозяину!
С твоим праздником,Витюш, с Днем рождения!


Желаю всегда иметь зоркий глаз, чуткий слух, острый нюх и уверенность в руках, а также скорость в ногах!
Словом, будь в чем-то чуточку животным, и вместе с тем — умей смотреть на природу с поэтической стороны и радуйся каждому часу на ее просторах!
Поскольку день рождения бывает раз в году, хочу пожелать тебе на год вперед здоровья, удачи, жизненных сил, мужества и отваги!
Чтобы вместо зайцев с охоты приносил медведей, и обязательно съездил на африканское сафари!
Пусть каждая утка будет пекинской, а каждый заяц размером с кабана! ))
Пусть все твои желания исполнятся, а в душе пребывает мир и гармония.

И пусть никогда не будет у тебя таких казусов. )))

музыка:
1.Владимир Высоцкий -Охота на кабанов
2.Слава Корецкий - На охоте пацаны

Пора, пора! рога трубят;

Псари в охотничьих уборах

Чем свет уж на конях сидят,

Борзые прыгают на сворах.

Выходит барин на крыльцо;

Всё, подбочась, обозревает,

Его довольное лицо

Приятной важностью сияет.

Чекмень затянутый на нем,

10 Турецкой нож за кушаком,

За пазухой во фляжке ром,

И рог на бронзовой цепочке.

В ночном чепце, в одном платочке,

Глазами сонными жена

Сердито смотрит из окна

На сбор, на псарную тревогу.

Вот мужу подвели коня;

Он холку хвать и в стремя ногу,

Кричит жене: не жди меня!

20 И выезжает на дорогу.

В последних числах сентября

(Презренной прозой говоря)

В деревне скучно: грязь, ненастье,

Осенний ветер, мелкой снег,

Да вой волков; но то-то счастье

Охотнику! Не зная нег,

В отъезжем поле он гарцует,

Везде находит свой ночлег,

Бранится, мокнет и пирует

30 Опустошительный набег.

А что же делает супруга

Одна в отсутствии супруга?

Занятий мало ль есть у ней:

Грибы солить, кормить гусей,

Заказывать обед и ужин,

В анбар и в погреб заглянуть, —

Хозяйки глаз повсюду нужен;

Он вмиг заметит что-нибудь.

К несчастью, героиня наша.

40 (Ах! я забыл ей имя дать.

Муж просто звал ее: Наташа,

Но мы — мы будем называть:

Наталья Павловна) к несчастью,

Наталья Павловна совсем

Своей хозяйственною частью

Не занималася; затем,

Что не в отеческом законе

Она воспитана была,

А в благородном пансионе

50 У эмигрантки Фальбала.

Она сидит перед окном.

Пред ней открыт четвертый том

Любовь Элизы и Армана,

Иль переписка двух семей.

Роман классической, старинный,

Отменно длинный, длинный, длинный,

Нравоучительный и чинный,

Без романтических затей.

60 Наталья Павловна сначала

Его внимательно читала,

Но скоро как-то развлеклась

Перед окном возникшей дракой

Козла с дворовою собакой

И ею тихо занялась.

Кругом мальчишки хохотали.

Меж тем печально, под окном,

Индейки с криком выступали

Вослед за мокрым петухом.

70 Три утки полоскались в луже,

Шла баба через грязный двор

Белье повесить на забор,

Погода становилась хуже —

Казалось, снег идти хотел.

Вдруг колокольчик зазвенел.

Кто долго жил в глуши печальной,

Друзья, тот верно знает сам,

Как сильно колокольчик дальный

Порой волнует сердце нам.

80 Не друг ли едет запоздалый,

Товарищ юности удалой?.

Уж не она ли?. Боже мой!

Вот ближе, ближе. сердце бьется.

Но мимо, мимо звук несется,

Слабей. и смолкнул за горой.

Наталья Павловна к балкону

Бежит обрадована звону,

Глядит и видит: за рекой,

У мельницы, коляска скачет.

90 Вот на мосту — к нам точно! нет;

Поворотила влево. Вслед

Она глядит и чуть не плачет.

Но вдруг — о радость! косогор —

Коляска на бок. — „Филька, Васька!

Кто там? скорей! вон там коляска.

Сей час везти ее на двор

И барина просить обедать!

Да жив ли он? беги проведать,

100 Наталья Павловна спешит

Взбить пышный локон, шаль накинуть,

Задернуть завес, стул подвинуть,

И ждет. „Да скоро ль, мой творец?“

Вот едут, едут наконец.

Забрызганный в дороге дальной,

Опасно раненый, печальный

Кой-как тащится экипаж.

Вслед барин молодой хромает.

Слуга-француз не унывает

110 И говорит: allons, courage!

Вот у крыльца, вот в сени входят.

Покаместь барину теперь

Покой особенный отводят

И настежь отворяют дверь —

Пока Picard шумит, хлопочет,

И барин одеваться хочет,

Сказать ли вам, кто он таков?

Граф Нулин из чужих краев,

Где промотал он в вихре моды

120 Свои грядущие доходы.

Себя казать, как чудный зверь,

В Петрополь едет он теперь

С запасом фраков и жилетов,

Шляп, вееров, плащей, корсетов,

Булавок, запонок, лорнетов,

Цветных платков, чулков à jour ,

С ужасной книжкою Гизота,

С тетрадью злых карикатур,

С романом новым Вальтер-Скотта,

130 С bon-mots парижского двора,

С последней песней Беранжера,

С мотивами Россини, Пера,

Et cetera, et cetera .

Уж стол накрыт. Давно пора;

Хозяйка ждет нетерпеливо.

Наталья Павловна, привстав,

Каков он? что нога его?

140 Граф отвечает: ничего.

Идут за стол. Вот он садится,

К ней подвигает свой прибор

И начинает разговор,

Святую Русь бранит, дивится,

Как можно жить в ее снегах,

Жалеет о Париже страх.

„А что театр?“ — О! сиротеет,

C'est bien mauvais, ça fait pitié .

Тальма совсем оглох, слабеет,

150 И мамзель Марс — увы! стареет.

За то Потье, le grand Potier!

Он славу прежнюю в народе

Доныне поддержал один. —

„Какой писатель нынче в моде?“

— Всё d'Arlincourt и Ламартин. —

„У нас им также подражают“.

— Нет? право? так у нас умы

Уж развиваться начинают?

Дай бог, чтоб просветились мы! —

160 „Как тальи носят?“ — Очень низко,

Почти до. вот, по этих пор.

Позвольте видеть ваш убор.

Так: рюши, банты. здесь узор.

Пора, пора! рога трубят;
Псари в охотничьих уборах
Чем свет уж на конях сидят,
Борзые прыгают на сворах.
Выходит барин на крыльцо;
Всё, подбочась, обозревает,
Его довольное лицо
Приятной важностью сияет.
Чекмень затянутый на нем,
Турецкой нож за кушаком,
За пазухой во фляжке ром,
И рог на бронзовой цепочке.
В ночном чепце, в одном платочке,
Глазами сонными жена
Сердито смотрит из окна
На сбор, на псарную тревогу…
Вот мужу подвели коня;
Он холку хвать и в стремя ногу,
Кричит жене: не жди меня!
И выезжает на дорогу.

В последних числах сентября
(Презренной прозой говоря)
В деревне скучно: грязь, ненастье,
Осенний ветер, мелкой снег,
Да вой волков; но то-то счастье
Охотнику! Не зная нег,
В отъезжем поле он гарцует,
Везде находит свой ночлег,
Бранится, мокнет и пирует
Опустошительный набег.

А что же делает супруга
Одна в отсутствии супруга?
Занятий мало ль есть у ней:
Грибы солить, кормить гусей,
Заказывать обед и ужин,
В анбар и в погреб заглянуть,
Хозяйки глаз повсюду нужен;
Он вмиг заметит что-нибудь.

К несчастью, героиня наша…
(Ах! я забыл ей имя дать.
Муж просто звал ее: Наташа,
Но мы — мы будем называть:
Наталья Павловна) к несчастью,
Наталья Павловна совсем
Своей хозяйственною частью
Не занималася; затем,
Что не в отеческом законе
Она воспитана была,
А в благородном пансионе
У эмигрантки Фальбала.

Она сидит перед окном.
Пред ней открыт четвертый том
Сентиментального романа:
Любовь Элизы и Армана,
Иль переписка двух семей.
Роман классической, старинный,
Отменно длинный, длинный, длинный,
Нравоучительный и чинный,
Без романтических затей.

Наталья Павловна сначала
Его внимательно читала,
Но скоро как-то развлеклась
Перед окном возникшей дракой
Козла с дворовою собакой
И ею тихо занялась.
Кругом мальчишки хохотали.
Меж тем печально, под окном,
Индейки с криком выступали
Вослед за мокрым петухом.
Три утки полоскались в луже,
Шла баба через грязный двор
Белье повесить на забор,
Погода становилась хуже —
Казалось, снег идти хотел…
Вдруг колокольчик зазвенел.

Кто долго жил в глуши печальной,
Друзья, тот верно знает сам,
Как сильно колокольчик дальный
Порой волнует сердце нам.
Не друг ли едет запоздалый,
Товарищ юности удалой?…
Уж не она ли?… Боже мой!
Вот ближе, ближе… сердце бьется…
Но мимо, мимо звук несется,
Слабей….. и смолкнул за горой.

Наталья Павловна к балкону
Бежит обрадована звону,
Глядит и видит: за рекой,
У мельницы, коляска скачет.
Вот на мосту — к нам точно! нет;
Поворотила влево. Вслед
Она глядит и чуть не плачет.

Но вдруг — о радость! косогор —
Коляска на бок. — «Филька, Васька!
Кто там? скорей! вон там коляска.
Сей час везти ее на двор
И барина просить обедать!
Да жив ли он? беги проведать,
Скорей, скорей!…»

Слуга бежит.
Наталья Павловна спешит
Взбить пышный локон, шаль накинуть,
Задернуть завес, стул подвинуть,
И ждет. «Да скоро ль, мой творец?»
Вот едут, едут наконец.
Забрызганный в дороге дальной,
Опасно раненый, печальный
Кой-как тащится экипаж.
Вслед барин молодой хромает.
Слуга-француз не унывает
И говорит: allons, courage! [1]
Вот у крыльца, вот в сени входят.
Покаместь барину теперь
Покой особенный отводят
И настежь отворяют дверь —
Пока Picard шумит, хлопочет,
И барин одеваться хочет,
Сказать ли вам, кто он таков?
Граф Нулин из чужих краев,
Где промотал он в вихре моды
Свои грядущие доходы.
Себя казать, как чудный зверь,
В Петрополь едет он теперь
С запасом фраков и жилетов,
Шляп, вееров, плащей, корсетов,
Булавок, запонок, лорнетов,
Цветных платков, чулков а jour,[2]
С ужасной книжкою Гизота,
С тетрадью злых карикатур,
С романом новым Вальтер-Скотта,
С bon-mots[3] парижского двора,
С последней песней Беранжера,
С мотивами Россини, Пера,
Et cetera, et cetera.[4]

Наталья Павловна раздета;
Стоит Параша перед ней.
Друзья мои, Параша эта
Наперсница ее затей;
Шьет, моет, вести переносит,
Изношенных капотов просит,
Порою с барином шалит,
Порой на барина кричит,
И лжет пред барыней отважно.
Теперь она толкует важно
О графе, о делах его,
Не пропускает ничего,
Бог весть, разведать как успела.
Но госпожа ей наконец
Сказала: «полно, надоела!»
Спросила кофту и чепец,
Легла и выдти вон велела.

Своим французом между тем
И граф раздет уже совсем.
Ложится он, сигару просит,
Monsieur Picard ему приносит
Графин, серебряный стакан,
Сигару, бронзовый светильник,
Щипцы с пружиною, будильник
И неразрезанный роман.

В постеле лежа, Вальтер-Скотта
Глазами пробегает он.
Но граф душевно развлечен…
Неугомонная забота
Его тревожит; мыслит он:
«Неужто вправду я влюблен?
Что, если можно?… вот забавно!
Однако ж это было б славно.
Я, кажется, хозяйке мил» —
И Нулин свечку погасил.

Несносный жар его объемлет,
Не спится графу. Бес не дремлет
И дразнит грешною мечтой
В нем чувства. Пылкой наш герой
Воображает очень живо
Хозяйки взор красноречивый,
Довольно круглый, полный стан,
Приятный голос, прямо женской,
Лица румянец деревенской —
Здоровье краше всех румян.
Он помнит кончик ножки нежной,
Он помнит: точно, точно так!
Она ему рукой небрежной
Пожала руку; он дурак,
Он должен бы остаться с нею —
Ловить минутную затею.
Но время не ушло. Теперь
Отворена конечно дверь…
И тотчас, на плеча накинув
Свой пестрый шелковый халат
И стул в потемках опрокинув,
В надежде сладостных наград,
К Лукреции Тарквиний новый
Отправился на всё готовый.

Так иногда лукавый кот,
Жеманный баловень служанки,
За мышью крадется с лежанки:
Украдкой, медленно идет,
Полузажмурясь подступает,
Свернется в ком, хвостом играет,
Разинет когти хитрых лап —
И вдруг бедняжку цап-царап.

Влюбленный граф в потемках бродит,
Дорогу ощупью находит.
Желаньем пламенным томим,
Едва дыханье переводит —
Трепещет, если пол под ним
Вдруг заскрыпит… вот он подходит
К заветной двери и слегка
Жмет ручку медного замка;
Дверь тихо, тихо уступает….
Он смотрит: лампа чуть горит
И бледно спальню освещает…
Хозяйка мирно почивает,
Иль притворяется, что спит.

Он входит, медлит, отступает —
И вдруг упал к ее ногам…
Она… Теперь, с их позволенья,
Прошу я петербургских дам
Представить ужас пробужденья
Натальи Павловны моей
И разрешить, что делать ей?

Она, открыв глаза большие,
Глядит на графа — наш герой
Ей сыплет чувства выписные
И дерзновенною рукой
Коснуться хочет одеяла…
Совсем смутив ее сначала…
Но тут опомнилась она,
И гнева гордого полна,
А впрочем, может быть, и страха,
Она Тарквинию с размаха
Дает — пощечину. Да, да,
Пощечину, да ведь какую!

Сгорел граф Нулин от стыда,
Обиду проглотив такую.
Не знаю, чем бы кончил он,
Досадой страшною пылая —
Но шпиц косматый, вдруг залая,
Прервал Параши крепкой сон.
Услышав граф ее походку
И проклиная свой ночлег
И своенравную красотку,
В постыдный обратился бег.

Как он, хозяйка и Параша
Проводят остальную ночь,
Воображайте. Воля ваша,
Я не намерен вам помочь.

Восстав поутру молчаливо,
Граф одевается лениво,
Отделкой розовых ногтей
Зевая занялся небрежно,
И галстук вяжет неприлежно,
И мокрой щеткою своей
Не гладит стриженых кудрей.
О чем он думает — не знаю;
Но вот его позвали к чаю.
Что делать? Граф, преодолев
Неловкой стыд и тайный гнев,
Идет.

— Ах, мой боже….
Граф, вот мой муж. Душа моя,
Граф Нулин. —

«Рад сердечно я….
Какая скверная погода….
У кузницы я видел ваш
Совсем готовый экипаж . . .
Наташа! там у огорода
Мы затравили русака…
Эй! водки! Граф, прошу отведать.
Прислали нам издалека…
Вы с нами будете обедать?»
— Не знаю, право; я спешу. —
«И, полно, граф, я вас прошу.
Жена и я, гостям мы рады.
Нет, граф, останьтесь!»
Но с досады
И все надежды потеряв,
Упрямится печальный граф.
Уж подкрепив себя стаканом,
Пикар крехтит за чемоданом.
Уже к коляске двое слуг
Несут привинчивать сундук.
К крыльцу подвезена коляска,
Пикар всё скоро уложил,
И граф уехал. Тем и сказка
Могла бы кончиться, друзья;
Но слова два прибавлю я.

Когда коляска ускакала,
Жена всё мужу рассказала
И подвиг графа моего
Всему соседству описала.
Но кто же более всего
С Натальей Павловной смеялся?
Не угадать вам. Почему ж?
Муж? — Как не так! совсем не муж.
Он очень этим оскорблялся,
Он говорил, что граф дурак,
Молокосос; что если так,
То графа он визжать заставит,
Что псами он его затравит.
Смеялся Лидин, их сосед,
Помещик двадцати трех лет.

Теперь мы можем справедливо
Сказать, что в наши времена
Супругу верная жена,
Друзья мои, совсем не диво.
___________
[1] ну, смелей!
[2] прозрачных (ажурных)
[3] остротами
[4] И так далее, и так далее.
[5] Очень плохо, просто жалость.
[6] великий Потье

  • Евгений Онегин
  • Руслан и Людмила
  • Я помню чудное мгновенье
  • Я вас любил: любовь еще, быть может
  • Во глубине сибирских руд
  • Я памятник себе воздвиг нерукотворный
  • Осень
  • Пророк
  • Зимнее утро
  • Пущину
  • К Чаадаеву
  • Узник
  • 19 октября
  • Сказка о царе Салтане
  • Песнь о вещем Олеге
  • Письмо Татьяны к Онегину
  • К морю
  • Подражания Корану
  • Сожженное письмо
  • Зимняя дорога
  • Няне
  • Зимний вечер
  • Медный всадник
  • Полтава
  • Стихи о любви
  • Стихи о природе
  • Стихи о жизни
  • Стихи о родине
  • Стихи о дружбе
  • Стихи о зиме
  • Стихи о весне
  • Стихи про лето
  • Стихи про осень
  • Стихи о войне
  • Нецензурные стихи
  • Стихи, которые легко учатся
  • Короткие стихи
  • Признания в любви
  • Сказки
  • Поэмы
  • Баллады, песни
  • Драматические произведения
  • На французском языке
  • Все тематики

Читать стихотворение Александра Пушкина "Граф Нулин". Все стихи на сайте удобно читать с мобильных телефонов. Стихи сгруппированы по тематикам.

Читайте также: