Почему гусь железный так называется

Опубликовано: 01.12.2022

Каждый раз, когда заходит речь о древних кладах, разбойниках или привидениях, в голове почему-то сразу же всплывают образы феодальных замков Западной Европы. А между тем дворянские, купеческие или княжеские поместья средней полосы России таят в себе не менее удивительные истории о необъяснимых явлениях, ватагах разбойников или о ненайденных кладах, спрятанных во время многочисленных войн и революций. Среди них одним из самых загадочных до сих пор считается клад, спрятанный в месте под названием Гусь-Железный, расположившемся на границе Тульской и Рязанской областей.


Сегодня в России каждый образованный человек знает историю знаменитой династии Демидовых, фактически самолично правивших на далеком от глаз властей Урале. Демидовы отливали пушки и ядра, добывали драгоценные камни, выплавляли золото и серебро, а также прятали беглых крестьян и присваивали золотую и серебряную руду. Промышленная империя Демидовых росла не по дням, а по часам, постепенно появились демидовские заводы и в оружейной столице России — Туле. Управляющим на них трудился умелый металлург Иван Тимофеевич Баташев. Постепенно оборотистый кузнец понял, каким доходным делом является выплавка металла, и в 1728 году открыл свой собственный металлургический завод неподалеку от города Медынь. После его смерти дело отца продолжили два сына — Родион и Александр, а затем развивали уже внуки — Андрей и Иван Баташевы, чьи жизнеописания увековечены в романе П. И. Мельникова-Печерского «На горах». Это был тот редкий случай, когда три поколения одной фамилии из десятилетия в десятилетие лишь приумножали общее семейное богатство. В 1755 году братья основали Унженский завод, в 1758-м — Гусевский, затем Выксунский и Велетьминский, а также Илевский, Пристанский и Железницкий заводы. Однако в 1783 году, получив дворянский титул, братья разделили огромную металлургическую империю между собой пополам. Завод в Гусь-Железном (город назван по профилю завода и протекавшей в этих местах речке Гусь) достался Андрею Родионовичу Баташеву. С этого момента и началась удивительная история превращения крупного промышленника в знаменитого фальшивомо нетчика и разбойника, чьи клады до сих пор сокрыты где-то в окрестностях Гусь-Железного и Касимова…

МОЙ ДОМ — МОЯ КРЕПОСТЬ

Местные хроники утверждают, что одновременно с появлением в окрестностях Касимова Андрея Родионовича Баташева вокруг города словно грибы после дождя тут же стали появляться многочисленные металлургические, или железоделательные, как их тогда называли, заводы. Разумеется, как истинный барин, Андрей Родионович отстроил в 20 верстах от города, в поселке Гусь-Железный, огромную резиденцию, получившую название «Орлиное гнездо». До сих пор гости поселка могут полюбоваться поистине огромной белокаменной Троицкой церковью и останками некогда шикарного господского дома. Резиденция Андрея Баташева поражала воображение, внешне напоминая больше замок европейского феодала, чем усадьбу русского купца. Высокая, в 2 сажени, каменная стена длиной более 2 верст окольцовывала; барский дом, имевший около 10 флигелей, парк, прозванный Страшным садом, внушительных размеров домашний театр и более 20 оранжерей. Господский дом, вытянутый в длину, по словам современников, был построен непосредственно на границе Тульской и Рязанской губерний, чтобы хозяин, в случае необходимости, мог либо уклониться от уплаты налогов, либо платить их в той местности, где ему это было более выгодно. Символом всей усадьбы стал огромный железный гусь, установленный на сторожевой башне. Все, кто впервые видел выстроенную посреди леса усадьбу-крепость, невольно отмечали, что в случае необходимости она сможет выдержать длительную осаду армии средних размеров.

В усадьбе Андрея Баташева был знаменитый на всю округу Страшный сад. Страшным был даже не сам сад, а предназначение построек, располагавшихся на его территории. В центре сада возвышался позорный столб для наказания ослушавшихся слуг или работников завода. Несчастного, как правило, привязывали к столбу и перед всей дворней наказывали плетью. Истязания порой были настолько невыносимыми, что от столба отвязывали уже мертвое тело. Исторические хроники, описывающие жизнь усадьбы, рассказывают, что порой наказанного у позорного столба человека по нескольку дней морили голодом, травили собаками или медведем, а иногда на несколько часов оставляли лютой зимой на морозе босиком и в одной рубахе.

Вместе с тем хозяин был знатоком человеческой натуры и потому щедро одаривал как местных чиновников, так и влиятельных гостей из обеих столиц дорогими подарками и деньгами. Для услады гостей в глубине все того же Страшного сада Баташев выстроил Павильон любви, в котором самые красивые дворовые девки и работницы завода, полуобнаженные, одетые героинями греческих мифов, в принудительном порядке встречались с именитыми гостями хозяина поместья. Бывало, что после подобных свиданий девушки топились в барском пруду.

ПРОМЫШЛЕННИК ИЛИ КАЗНОКРАД?

В России испокон веков была популярна пословица: «Яблоко от яблони недалеко падает». Эти слова, как никакие другие, подходят к Андрею Родионовичу Баташеву, предки которого разбогатели и смогли создать металлургическую империю благодаря тесной дружбе с династией Демидовых. Однако, как показала история, они взяли от них не только все хорошее, но и много плохого. О том, что Демидовы тайно чеканили золотую и серебряную монету, историкам хорошо известно. Так вот, этим же промышлял и Андрей Родионович Баташев. Правда, окрестности Касимова — не Урал, в Центральной России скрыть тайный монетный двор довольно сложно… Но, как оказалось, можно!

Во время постройки своей резиденции в 1759 году Баташев соорудил крупную плотину у слияния трех рек: Гусь, Колпь и Нарма. Благодаря ее постройке образовалось обширное озеро более 30 верст в окружности. В то же время поговаривали, что после постройки наземной части усадьбы тайно была создана двухэтажная подземная часть поместья. Позднее, в 1903 году, члены Московского археологического общества, исследовав усадьбу «Орлиное гнездо», с восторгом констатировали, что «равной ей по оригинальности устройства и ценности трудно найти во всей России».

Однако главной целью неоднократных поездок различных археологических обществ в Гусь-Железный было вовсе не изучение металлургических производств, плотины или самого «Орлиного гнезда», а именно поиск тайной подземной части усадьбы, в которой, по слухам, и работал огромный нелегальный монетный двор, насчитывавший несколько сотен работников!

В качестве личной охраны и главных исполнителей своей жестокой воли Андрей Родионович Баташев содержал небольшую армию — егерский полк в тысячу человек. Егеря с согласия своего патрона безнаказанно грабили не только крестьянские селения, но даже мелких помещиков, которые имели владения неподалеку от «железного короля».

ОЧЕНЬ НУЖНЫЕ ЛЮДИ

И как же подобный образ жизни сходил с рук своенравному промышленнику? Все просто; очевидно, следуя логике своих духовных наставников Демидовых, Андрей Баташев не жалел никаких средств и золотых червонцев собственной чеканки на подарки чиновникам разного уровня.

Особенно уверенно почувствовал себя Баташев после очередной поездки в Санкт-Петербург, когда он был принят в масоны. В этом нет ничего удивительного, поскольку в то время быть членом той или иной масонской ложи являлось необходимой данью моде, а многочисленные масонские ложи представляли собой нечто вроде частных клубов для общения высокопоставленных лиц. Участвуя в заседаниях ложи, Андрей Родионович достаточно быстро тесно подружился с широким кругом влиятельных вельмож, в том числе и с фаворитом императрицы — всесильным князем Потемкиным.

Дружба оказалась настолько крепкой, что практически весь свет Петербурга теперь регулярно отдыхал в «Орлином гнезде», предаваясь многодневным пирам и оргиям в Павильоне любви. Для своего могущественного друга и покровителя Баташев не жалел ничего. В любое время года к столу Потемкина из Касимова в Санкт-Петербург доставлялись ягоды и фрукты, выращенные в оранжереях «Орлиного гнезда». Свежие персики, ананасы и земляника на специальном возке, обложенном войлоком и медвежьими шкурами, на сменных лошадях круглый год доставлялись к столу вельможи. Очевидно, именно тогда Баташев и почувствовал себя полновластным хозяином всех окрестных земель, на которых установил один неписаный закон — свою собственную волю!

Войдя во вкус, как утверждают легенды, Баташев вместе со своими егерями в прямом смысле слова вышел на большую дорогу. Неизвестно, то ли ему стало скучно, то ли денег действительно никогда не бывает достаточно, только начали вокруг его имения происходить странные вещи. Чуть ли не каждую ночь неизвестные разбойники грабили проходившие мимо купеческие обозы и кареты крупных чиновников.

Однажды в 10 верстах от «Орлиного гнезда» ехал крупный купеческий обоз из Касимова в Муром. Неожиданно на него налетела ватага разбойников, и, прежде чем кто-либо из охранников сумел вытащить оружие, половина из них была убита. Выжившие разбежались по лесу в поисках укрытия. Позднее, во время следствия, охранники в один голос утверждали, что разбойники совершенно небыли похожи на лихих людей, а больше смахивали на хорошо обученное и вооруженное войско.

Постепенно подобных историй набралось десятки, и власти должны были волей-неволей принять суровые меры к распоясавшемуся промышленнику, однако чиновники хорошо знали, что, пока жив Потемкин, любые действия против Баташева лишены практического смысла. Тем более что дозволение Андрею Баташеву иметь собственную армию исходило с самого верха.

ТАЙНА УГЛОВОЙ БАШНИ

Но главной тайной «Орлиного гнезда» на протяжении столетий считалась легенда о подземной части усадьбы, расположенной непосредственно под господским домом и Страшным садом.

По легенде, именно в этих подземельях Андрей Баташев организовал подпольный монетный двор, преступление по тем временам страшное. Впрочем, чего было бояться промышленнику, у которого в друзьях числились все первые лица страны, местная знать день и ночь гуляла в его поместье, а тысяча стражников зорко следила, чтобы тайна благосостояния хозяина так и оставалась тайной.

Однако капля за каплей сведения о тайной жизни «Орлиного гнезда» все же просочились наружу и стали достоянием истории, сформировав одну из самых интригующих легенд о кладах Центральной России.

Как-то раз привез Баташев в Гусь-Железный 300 человек рабочих, поселив их в отдельно стоящую, специально выстроенную по такому случаю деревеньку. Затем радушный хозяин пригласил рабочих к себе в дом, О чем за закрытыми дверями шла речь, сегодня неизвестно, но только во время прощания, выйдя на крыльцо, Андрей Родионович с жаром произнес: «Коли волю мою будете выполнять усердно — всем награда на весь ваш век, но ежели кто-нибудь слово проронит, хоть во сне или попу на духу, то сделаю такое, что покойники в гробах перевернутся!»

На другой день рабочие были разделены на две равные части по 150 человек каждая. В тот же день первая смена гуськом проследовала в дверь угловой башни имения-крепости и скрылась в подземных лабиринтах усадьбы. Вечером рабочие поднялись наверх, а им на смену в башню спустилась вторая партия рабочих. Безусловно, на эту странность обратили внимание остальные служащие Баташевских металлургических заводов. Им показалось удивительным, что живущие отдельно рабочие лучше одеты и накормлены, в кабаках и на гулянках держатся обособленно и наотрез отказываются говорить, какие работы выполняют в усадьбе.

Целый год продолжались загадочные подземные работы, земля буквально гудела. Был даже издан достаточно странный указ рабочим и крестьянам, жившим в непосредственной близости от «Орлиного гнезда»: ночью ставни не открывать и на улицу не выходить вплоть до удара колокола, специально повешенного над главными воротами.

Но нет ничего, что бы рано или поздно не стало явным. Как-то раз дворовая девушка влюбилась в рабочего одной из смен, и тот рассказал ей, что под землей идет чеканка золотых и серебряных монет. Неудивительно, что вскоре тела влюбленных выловили из пруда в Страшном саду, а тайна перестала быть тайной. Слухи о монетном дворе докатились до властей, и в имение вот-вот должна была нагрянуть правительственная комиссия с солдатами. Нормальный фальшивомонетчик, узнав о скорой развязке, пустился бы в бега, но не таков был Андрей Родионович. Вместо этого он собрал всех рабочих, чтобы объявить им, что в эту ночь надо потрудиться на славу, поскольку утром они получат расчет и отправятся по домам. Больше этих 300 человек никто никогда не видел. Официально же Баташев заявил, что рабочих он отпустил, а их дома могут занять работники металлургических производств. Разумеется, тщательная ревизия ничего не обнаружила, несмотря на то что кто-то из недоброжелателей Баташева показал даже роковую дверь в угловой башне. Однако за ней члены комиссии увидели лишь выход в сад и ничего более. Никакого подземелья найдено не было, а по окрестным деревням поползли слухи, что барин лично задвинул засов за последним рабочим, похоронив 300 человек фактически заживо.

Так бы и продолжались до бесконечности злодеяния, бесспорно, одного из самых талантливых и передовых промышленников России, но Андрей Баташев, наверное, не знал простой истины, что все кончается… Кончился и золотой век для Андрея Родионовича. Произошло это в тот момент, когда скорбный посыльный привез из Петербурга весть о кончине главного покровителя Баташева, Григория Потемкина.

Вскоре после этих событий на российский престол вступил Павел I, люто ненавидевший вельмож екатерининской поры. Высочайшим повелением тут же была назначена проверка всех жалоб на Андрея Баташева, начиная с тайного монетного двора и заканчивая захватом чужих земель, крестьян, а также регулярными грабительскими нападениями на купцов и чиновников, проезжавших в непосредственной близости от «Орлиного гнезда». Часть обвинений была доказана, часть из-за трагической безвременной гибели главных свидетелей отвергнута, но в имение Баташева выехал рязанский губернатор с явным желанием арестовать промышленника-разбойника.

Однако Андрей Родионович и на этот раз не сбежал, он просто пересек свой дом, стоявший на границе двух губерний, и удобно устроился в кресле, но не в Рязанской, а в Тульской губернии. Арестовать человека в соседней губернии прибывший с солдатами рязанский губернатор не посмел.

Кому же досталась промышленная империя и несметные богатства Андрея Баташева? Оказалось, по сути, никому! Дело в том, что, ведя столь авантюрный образ жизни, Андрей Родионович сумел в патриархальной России три раза официально жениться, что не удавалось больше никому. Первую жену он вместе с двумя сыновьями привез в «Орлиное гнездо» сразу после окончания строительства, выделив ей множество слуг и половину дома.

Однако вскоре любвеобильный промышленник заприметил молодую и очаровательную дочь соседа-помещика. Недолго думая, скрыв от отца девушки, что уже женат, он повенчался, сыграв широкую свадьбу. В третий раз Баташев женился на красавице вдове известного генерала в то время, когда улаживал в Петербурге проблему, возникшую после ограбления вблизи его имения крупного правительственного чиновника, осуществленное его егерями.

К чести Андрея Родионовича надо сказать, что при жизни он всем своим трем женам и многочисленным детям не отказывал практически ни в чем. Даже «выйдя в отставку» в его сердце, все они жили под одной крышей, имели многочисленных слуг и ни в чем не нуждались.

Главный скандал разразился намного позже, во время смерти 73-летнего Андрея Родионовича в 1799 году. Когда у умирающего промышленника спросили, кому он завещает все свое имущество, он открыл глаза, обвел присутствующих пристальным взглядом и произнес: «Тому, кто осилит…»— после чего тут же умер.

Многочисленные наследники и наследницы долго боролись между собой за огромное наследство, но не осилил никто. Напротив, огромная промышленная, работавшая как часы, империя быстро пришла в упадок.

ПОДЗЕМЕЛЬЯ СУЩЕСТВУЮТ! А КЛАД?

Так был ли тайный монетный двор в имении Баташева на самом деле? Куда делись сокровища, награбленные им у проезжих купцов? Существуют ли легендарные подземелья под руинами «Орлиного гнезда»? Оказывается, не только существуют, но даже ждут своих кладоискателей — разумеется, если те не испугаются призраков невинно убиенных промышленником людей. Так, например, последняя владелица имения в поисках клада обнаружила в усадьбе за кирпичной стеной потайную комнату с винтовой лестницей, ведущей наверх, в кабинет Баташева. На площадке потайного лестничного марша она также нашла столик с масонскими принадлежностями хозяина усадьбы. Внизу лестничного пролета находилась дверь в подземелье, однако, напуганная легендами о призраках, владелица усадьбы побоялась туда идти и велела наглухо замуровать проход.

Многочисленные археологи и этнографы, не раз изучавшие усадьбу, также не сомневаются в существовании подземелий из-за наличия в Страшном саду сохранившихся до начала XX века вековых деревьев аномально малого роста, что может говорить лишь о том, что их корни упирались в подземные сооружения и не давали деревьям полноценно расти. Удивительно, но серьезных поисков подземной части усадьбы до сих пор не проводилось, следовательно, клад «железного короля» Баташева ждет своего нового хозяина…

Посёлок с необычным названием Гусь Железный привлекает к себе уже не одно поколение любителей всего таинственного. Здесь помимо необычного храма, который просится скорее на площадь какого-нибудь европейского города, а не в рязанскую глубинку, находится ещё и усадьба промышленника Андрея Родионовича Баташёва - место, обросшее множеством легенд. Всё благодаря хозяину, которого современники называли "Дракулой Ардатовского уезда", его качествам и характеру. Изувер, жестокий барин, фальшивомонетчик, чеканивший в подвалах деньги и заживо заваливший там сотни рабочих, испугавшись проверки, обманщик - таким, по слухам и некоторым реальным фактам, вошёл в историю Андрей Родионович.
Местные жители же до сих пор верят, что в заброшенном усадебном доме живут привидения, и немного волнительно спрашивают, точно ли есть желание посетить развалины. Конечно же, посетить такое место хочется. Познакомимся подробнее с храмом и усадьбой.

1. Всем, кто едет по трассе "Москва-Касимов" при подъезде к Гусю Железному открывается вот такой вот вид. "Что это, мираж? Как мог такой храм здесь очутиться?" - мысли возникают одна за другой. Нет, это не мираж, а псевдоготическая Троицкая церковь

2. Необычный храм на 1200 верующих (и это-то в небольшом посёлке!) строился целых 66 лет - с 1802 по 1868 годы, с некоторыми перерывами. Примечательно, что строили его не из распространённого кирпича, а из белого камня

3. Имя автора проекта История не сохранила. Кто-то приписывает творение известному Василию Баженову, кто-то говорит про касимовского архитектора И. С. Гагина, а архивные документы и вовсе не называют архитектора, лишь называя его "знаменитым". Почему так вышло, никто не знает

4. Я уже рассказывал про братьев-промышленников Баташёвых (ссылки в конце поста), но делал бОльший акцент на младшего, Ивана

5. Теперь поговорим про старшего, Андрея.
Баташёвы приходят в эти места в поисках железной руды для своего бизнеса где-то в середине 50-х годов 18-го века и основывают здесь несколько заводов. Позже братья расходятся - Иван уехал в Выксу и дал там начало местному металлургическому заводу, а Андрей обосновывается в селе Верпутец. Вскоре по реке Гусь и железоделательному заводу оно стало называться Гусь Железный

6. Андрей Родионович был прирождённым предпринимателем, умнейшим и способным хозяином. Его дела шли в гору, а завод процветал (шутка ли - он производил девятую часть всего тогдашнего железа России). Отличное ведение дел давало огромную прибыль и в 1780-х годах в Гусе Баташёв построил свою усадьбу-крепость под названием "Орлиное гнездо"

7. Сейчас усадьба в далеко не лучшем состоянии. До недавних пор здесь располагался детский санаторий, но теперь его здесь нет - осталась лишь вывеска при закрытой двери

8. Что бы сказал, глядя на такое состояние своей усадьбы, Андрей Баташёв? Как думаете?

9. Единственным плюсом от того, что комплекс разваливается, является возможность увидеть баташёвский кирпич. Он крупнее и темнее использовавшихся тогда

10. Увы, такое состояние усадеб вполне привычное и обычное дело для России. Повторяться не будем, лучше перейдем к более интересному - легендам

11. Что скрывает эта дверь?

Говорят, под домом Баташёва располагается сеть тайных подвалов. Дальше - ещё интереснее. Якобы в этих подвалах по ночам для барина трудилось 300 человек. Об их деятельности никому не говорили, да и сами рабочие, избегая вопросов, молчали, получая при этом с чего-то приличное жалование.

А потом выяснилось, что в подземельях якобы тайный монетый двор. Был он или нет, теперь уже никто не скажет. Зато местные обязательно вам расскажут легенду, как этот двор прекратил своё существование. Узнав о том, что в Гусь-Железный едет проверка, до которой дошли слухи про чеканку фальшивых монет, Баташев якобы приказал то ли замуровать выходы из подземелья, то ли взорвать его. 300 работников оказались заживо похороненными в подвалах

12. Также рассказывают, что потомки Баташёва, вдохновлённые семейными преданиями, пытались исследовать подземные коридоры, но исследования каждый раз останавливали - то убегали в страхе, не решаясь продолжить, то приказывали все работы свернуть. А последняя владелица усадьбы в поисках тайников обнаружила комнатку, где стоял круглый стол на трёх львиных лапах, на котором лежали особая шапка, молоток и гвоздь - символы масонства.

Интересно, что легенда о монетном дворе подтверждается находкой - двое из трёх найденных здесь монет времён Екатерины II оказались фальшивыми. Но может, это просто совпадение, не знаю. Наличие же подземелий (подземных полостей) совсем недавно доказал георадар. Однако при всём этом крупных исследований здесь не проводилось

13. Остатки барского парка. При Баташёве его называли "страшным садом". Впрочем, в парке тоже много интересностей, про которые ниже

14. Баташёвская усадьба была окружена стеной с башнями, что делало комплекс похожим на настоящую крепость. Вот часть ограды

15. А это я не случайно нажал на кнопку камеры, а запечатлел примерное место, где якобы у Баташёва стоял особый павильон. В нём были полы, которые при нажатии специального рычага расходились, и тот, кого невзлюбил хозяин, проваливался погибать в подвал павильона. Рассказывают, тут погибло множество врагов Андрея Родионовича. Для того, чтобы избавиться от них, барин приглашал каждого к себе в поместье, поил-кормил-хорошо принимал, после чего любезно предлагал осмотреть парк. А потом, как гостеприимный хозяин, приглашал первым войти в павильон..

16. Ещё одно примечательное место. Где-то здесь стоял "храм любви", в котором держали для любовных занятий самых красивых крепостных девушек. И якобы бывало, что после таких бурных ночей с гостями барина некоторые несчастные от позора шли топиться в пруд

18. Вот здесь когда-то пруд и был. Судоходный, почти 40 км в окружности

17. Какие-то барские хозяйственные помещения. Впрочем, и тут не без легенд - якобы внутри пытали, а может там спрятаны сокровища Баташёва: после смерти Андрея Родионовича всё богатство куда-то испарилось

19. Скорее всего руины каких-то гидротехнических производственных сооружений. Шоссе проходит по бывшей плотине, которая использовалась в производстве, расширяясь и укрепляясь при росте завода. По деревьям справа видна её высота. В длину же плотина была примерно полкилометра и имела несколько шлюзов.
В половодье 1923 года вода из переполненного пруда прорвала шлюзы и слилась

20. Вот такое уникальное место, где легенд больше, чем воды после дождя. В идеале здесь нужно открывать что-нибудь привлекательное для туристов, вроде бы "музея барских ужасов", где гостям бы рассказывали легенды и предлагали самим в некоторых поучаствовать. Вроде "ты ревизор, выследи фальшивомонетчиков" или "успей спрятать все монеты до приезда комиссии", "найди привидение или тайный ход", "не провались в подвал сам, столкни Баташёва" и тп. Так делают в части европейских замков. Вот тогда место заживёт.

Пока же сюда едут лишь некоторые любители усадеб и те, кто держит путь в Касимов. Поток гостей снижает и то, что добраться сюда своим ходом без машины тяжеловато, остановиться негде. Да и на машине ехать несколько часов из Москвы. Но будем надеяться, что усадьба не развалится окончательно и станет всё-таки кому-нибудь нужна

Партнёры тура "По следам Баташевых":

Сообщество travel_russia благодарит за организацию блог-тура управляющего директора АО "ВМЗ" Барыкова Александра Михайловича, Генерального директора гостиницы "Баташев" Бровку Виктора Михайловича (ООО "ОМК-Тур"), а так же Информационно-туристский Центр города Выксы.

Photobucket
Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

И вот тут-то мы добрались до тех самых очерков Л.П. Чекиной. Начинаются они так:

"Если бы сатана был не поэтическим вымыслом, а существовал в действительности и вздумал бы воплотиться в человеческий образ, то, конечно, для своего воплощения он взял бы именно Андрея Родионовича Баташева."

Уже интересно, правда? :)) Тогда читаем дальше. Копирую некоторые избранные куски.

"За огромным, в два этажа, барским домом, разводился парк и сад, который еще при жизни Андрея Родионовича получил жуткое название «страшного сада». Посредине его был устроен «позорный столб», к которому привязывали «провинившегося» для наказания плетьми перед лицом всей дворни (надо полагать для назидания) - наказания, после которого часто убирали уже мертвое тело. У этого же столба по 2-3 дня морили голодом и жаждой привязанных, как собак, людей, а зимой часами держали босых и в одних рубахах. "

Стррашно? А это только начало.

". Знали только дворовые, да заводские рабочие, что за барской усадьбой выстроена целая слобода для трехсот рабочих, которых барин привез откуда-то со стороны и видимо платил им большие деньги, так как жили они «гостями», но все же как-то чудно: дома ли, в кабаке, на гулянье, их можно было видеть только 150 человек, остальная же половина всегда отсутствовала.

Неизвестно кто был смельчак, решившийся выслеживать «барских рабочих», но все же скоро узнали, что ровно в полночь, 150 человек этих таинственных рабочих отправлялось к одной из башен, помещавшейся в задней стене парка и исчезала за ее дверями, а оттуда, один за одним, выходила другая половина и безмолвно рассыпалась по своим домикам. Долгое время напрасно старались допытаться от кого-нибудь из этих рабочих - куда они ходят ночами и что делают, но и от пьяных даже получали один ответ, что мол своя голова еще не надоела, а «с вашим барином шутки плохи», некоторые отвечали угрозой «доложить самому» о излишнем любопытстве дворовых, после чего всякие расспросы прекратились и эта сторона деятельности Баташева так и осталась бы скрытой от всех (он умел выбирать своих помощников и агентов) если бы и здесь, как не однажды бывало в истории - не замешалась женщина. Один из этих таинственных рабочих на великое свое несчастье без памяти влюбился в заводскую девку - Грушеньку, которая, как «истинная дочь Евы», поставила условием своей благосклонности то, чтобы он рассказал ей - где пропадает по целым суткам и что там делает?

Долго она клялась и божилась, что и попу на исповеди не проговорится - одна знать будет и сдался малый, все рассказал своей «разлапушке». А немного времени спустя по всей округе пошла глухая молва о том, что в «подземных хоромах устроен монетный двор, где день и ночь «работаются червонцы» теми самыми рабочими, которых привез барин с чужой стороны. Конечно, все это говорилось шепотом, в темных уголках, но слишком видно хорош был слух у этого зверя и не только узнал он о том, что говорят, но дознались его сыщики и от кого этот слух пошел. В одну и ту же ночь пропали без вести влюбленный рабочий и болтливая Грушенька, никто так и не видал их после, только две ночи подряд проходившие случайно мимо господской усадьбы люди со страхом передавали, что откуда-то, точно из под земли, слышны были слабые, глухие стоны и крики, но такие страшные, «что волос дыбом становился»"

Вот такие страсти. Ну и еще кусочек для полноты картины:

". Через несколько времени новый слух взволновал всю округу. В 10 верстах от имения Баташева, в дремучем лесу, был ограблен огромный обоз, везший товары из Касимова в Муром. Часть извозчиков была перебита, а часть успела разбежаться и спрятаться в лесу, пользуясь уже наступавшими сумерками. Добравшись еле живыми от страха до ближайшей деревни, они рассказывали, что их окружил целый отряд верховых всадников «в черных образинах» и стали стрелять по ним «из пищалей». Все спасшиеся удивлялись лошадям и всей амуниции нападавших - и на разбойников не похожи - точно войско какое. Никто ничего не смел сказать вслух, но томная молва расходилась все шире и шире и втихомолку Баташева стали называть не только «Масоном—безбожником» и «монетчиком», но и просто - «душегубом-разбойником». А случаи ограбления богатых обозов повторялись все чаще и чаще, так что губернские власти волей неволей должны были устроить «расследование», которое впрочем, конечно, ничего не раскрыло, только в конторских книгах этого времени особо часто стали попадаться записи: «Заседателю в губернию - 2 вороных жеребца, да птицы битой и окороков - воз, да талек тонких 36 штук, да девку Аксинью, что кружева плести мастерица», «в город (Касимов) - Подьячему - муки - 2 воза, да туш свиных - 3, да жене с дочерями на солопы бархату синего — 43 арш.»"

Прочитать очерки Чекиной целиком и узнать, что было дальше, можно вот здесь.

Но в нашей книжке помимо этих очерков есть еще одна статья, не менее прекрасная. О том, что Л.П. Чекина явно увлеклась легендами и сама в них поверила. Автор решил не называть своего имени, а подписался просто "Исследователь". И дату поставил: 16 октября 1927 года. Взгляд Исследователя кажется чуть более объективным, но в выражениях он тоже не стеснялся. В интернет статья не выложена, поэтому дальше цитирую с листа:

"Еще и теперь, когда Великий Октябрь разметал гнездо, пустил по ветру, далеко разогнал злых птенцов хищника, окрестное население не без ужаса говорит о Гусе."

Какой слог, а!
Кстати, о Троицкой церкви у Исследователя тоже кое-что есть:

"Церковь типично барская, дворянская, ничуть не похожа на старинные скромные церковки древней Руси, где забитая, темная сермяжная масса пред темными ликами старых икон изливала печаль и тоску безысходности."

Раз уж снова речь зашла о церкви, вернемся пока к фотографиям. Да, я ведь до сих пор не упомянула о том, что Троицкая церковь появилась уже после смерти А.Р. Баташева. Он умер 1799 году, а храм начали строить только в 1802-м, а закончили аж в 1868-м.

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

И о Погосте у нашего Исследователя тоже нашлось интересное:

"При впадении реки Гуся в Оку с незапамятных времен возникло поселение, существующее и поныне - село Погост. Самое название села указывает на его глубокую древность. Слово «погост» проиходит от слова «гостить, гость». Так назывались в древности купцы, приезжающие как бы в гости с товарами. Эти места торговли, - погосты, - располагались обыкновенно при слиянии рек, так как в старину реки являлись единственными путями сообщения в местах, сплошь покрытых дремучими лесами. Вполне понятно, что еще в языческие времена здесь сооружались капища, где «гости» (купцы) приносили богам благодарственные жертвы за полученные барыши. С принятием христианства на месте капищ строились церкви, около которых поближе к богу погребались покойники. Поэтому православные кладбища, впервые возникшие при погостах, так и назывались погостами.

Сохранились весьма интересные документы, свидетельствующие о былом величии нашего Погоста. В XVII веке Погост являлся опасным торговым конкурентом Касимова, а Касимов славился как торговый город. .

. Кроме торговли рост Погоста в значительной мере обуславливался тем, что окрестное население, группировавшееся по нижнему течению реки Гуся, занималось судостроением. Здесь сооружались струги, корабли, барки, ходившие по всей Оке, и от имени реки Гусь получившие название гусян. .

. Оживленный, деятельный район привлек влияние новоиспеченного вельможи Баташева. В XVIII веке на реке Гусь недалеко от Погоста свил свое гнездо этот жестокий хищник и по имени реки назвал Гусем."

Ну вот и все, мы вернулись к началу истории :)
Жаль, конечно, что не удалось погулять по Гусю-Железному (кстати, там сохранились даже остатки усадебного дома Баташева - вот здесь выложены их фотографии), но теперь уж в следующий раз.

Железные короли маленького царства на речке Гусь оставили в наследство липовую рощу и легенды о подземных ходах.

Гусь-Железный. Фото

Топонимический словарь Евгения Поспелова утверждает, что название населённого пункта Гусь происходит от одноимённой реки. Для топонимики — науке о происхождении названий — это обычное дело. Подобные Гусю реки дали название Москве, Самаре, Томску и прочим. А вот откуда река Гусь получила своё название — большой вопрос. Традиционная ассоциация с домашней птицей звучит, но выглядит неубедительно, ведь компанию Гусю составляют реки, не имеющие столь понятных имён. На Рязанщине насчитывается без малого девять сотен рек и речушек, и вместе с Гусём по Мещёре текут Унжа, Ворша, Кишня, Солотча, Нарма, Кадь, Ушна, Толпега, Ниверга, Колпь, знакомые слуху Пра и Ока. Довлеющее большинство отличаются долголетием — реки переживают народы и цивилизации, уходя корнями в дославянское прошлое. Известно, что тысячу лет назад, до прихода славян, здесь земле жили финно-угорские народы, их нынешние потомки — мордва — живут по-соседству. Мордва не едина — это две народности — мокша и эрзя. Интересно, что по одной из научных трактовок названия города Рязань есть простая перестановка слогов от старого эрзянь — в языке такое случается часто.

Логика подсказывает, что корни названия Гусь скрываются в мордовском языке, где обнаруживается сходное по звучанию «куз», а в финском языке «кууси», причём оба переводятся как «ель». Такой аргумент весом ещё и потому, что названия испокон веков дают по уникальности места. Такси на Дубровку, несомненно, привезёт к дубраве, которая окружена традиционным лесом. Большая часть Мещёры занята борами и зарослями берёзы на гарях, вырубках и болотах, ведь в качестве грунта здесь пески, а с такими голодными условиями способна мириться только сосна. Но на востоке Рязанщине, по мере приближения к Гусю и Касимову, грунт богатеет, а заметить это проще простого — из автомобиля, не доезжая до Гуся-Железного, светлые сосновые боры уступают место дремучим сосново-еловым. К слову, подмосковное Раменское, видимо, происходит от слова рамень — это и есть еловый лес. Так что названия турбазы «Ёлочка», Раменского и Гуся — однокоренные, только на разных языках.

Если от Гуся удалиться подальше в лес и набрести на подходящую поляну, вполне возможно, обнаружат себя канавы в человеческий рост. Сто лет назад промышляли в этих местах рудознатцы, что по берегам озёр и рек, а то и в лесу рыли ямы и канавы — «дудки». «Дудочники» добывали болотную руду, из которой уже варили железо. Гусь оттого-то и прозвали Железным. Мещёрские месторождения искать на карте — дело пустое, геологи бедной на железо болотной рудой не заинтересованы. Чего нельзя было сказать о домниках — те ничего лучшего и не знавали, а артели «дудочников» работали здесь вплоть до XVIII века. Бурый железняк при встрече легко узнать — берега Гуся, Пры и Нармы сплошь в красно-рыжих пятнах. Если копнуть глубже, то уже на четыре метра в землю находятся рудные слои в 20-30 сантиметров толщиной. Руда из березняка или осинника ценилась больше, железо из неё получалось податливей, а вот руда из ельника — жёстче и крепче. Чаще и больше руды всё получалось доставать со дня мещёрских водоёмов. Искали железным шестом — «рожном», а доставали черпаками с длинной рукояткой. Руду брали в августе, до октября сушили, обжигали и везли плавить. Варили руду в печи на древесных углях, при этом в нижнем её отверстии для постоянного подтока воздуха вручную раздували мехи. Так получалось кричное железо, а кузнецы ковали из него топоры, гвозди, замки, стремена и много всего полезного.

Заглянул как-то в эти места немецкий путешественник Петер Симон Паллас, в дневнике от 1 августа 1768 года он пишет, что позади деревни и речки Чауры «опять показывается прежняя извёстка с раковинами», «напоследок останавливаемся при деревне Мишкиной, переехав через речку Синтур, текущую с вышеупомянутыми в речку Гусь». «Построен здесь, принадлежащий тульскому купцу Балашову, железный завод с высокою домною, куда железную руду привозят с Оки». Так образом и упоминается небольшой Гусь у Палласа в «Путешествиях по разным провинциям Российской империи».

Хоть и бедна была здешняя болотная руда, но сделала сказочно богатыми дворян Андрея и Ивана Родионовичей Баташёвых. В 1758 году приобрели братья обширные угодья в окрестностях погоста Веркуцы Владимирского уезда, устроили у речки Гусь пруд и рядом возвели чугунолитейный завод. Первым же в люди вышел их дед — тульский кузнец Иван Тимофеевич Баташёв, в эпоху Петра Великого служивший управляющим у Никиты Демидова, основателя династии тульских оружейников. С заводов кузнеца шли пушки и ядра на снабжение русской армии. Металлургия Баташёвых дошла до Владимирской, Калужской, Нижегородской, Рязанской, Тамбовской и Тульской губерний. В пределах Меленковского уезда на речке Гусь образовалось две империи — стекла и железа. В верховье реки купцы Мальцевы создали центр стекольного производства — Гусь-Хрустальный, ниже же по течению обосновались Баташёвы и превратились в королей металлургического царства в Гусе-Железном. Около полутора веков два Гуся числились за Владимирским регионом, но в XX веке после череды административно-территориальных реформ Гусь-Железный оказался рязанским.

Резиденцию в Гусе братья Баташёвы отстроили себе точь-в-точь средневековую. За мощной оградой из красного кирпича с башенками и бойницами для стрельбы из мушкетов отстроили двухэтажный дом-дворец, театр, в оранжереях выращивали персики и ананасы, имели парк, помещения для караульных и слуг. Братья пользовались своей властью сполна: известно, что однажды Баташёвы украли целую деревню у несговорчивого владельца, не хотевшего её продавать. В одну ночь все избы разобрали и перевезли на землю Баташёвых, сюда же вооружённые слуги согнали и крестьян, а на месте барского дома и деревни получилось в итоге вспаханное поле. Самоволие доходило до таких крайностей, что породило легенду, будто дом Баташёвых построен аккурат на границе владимирской и рязанской земель, потому, когда на многочисленные жалобы приезжали проверяющие, к примеру, владимирские, братья уходили на рязанскую сторону, а когда приезжали из Рязани — прятались от закона на владимирской.

А пока руководство баловалось, на него батрачило до тысячи крестьян, причём делало это за сущие копейки. Имеется документ: «Опись и оценка движимому и недвижимому имению корнета Григория Мартынова сына Свищева, состоящему в Касимовском уезде в селе Борках. Учинена мая 17 дня 1784 года… Во дворе крестьяне: Пимен, коему цена три рубля, Моисей, коему цена три рубля. У Пимена жена Анна Афанасьевна, коей за дряхлостью цены не полагается. У них приёмыш незаконнорождённый, воспитанный ими Корней по крёстному отцу Михеев, коему цена десять рублей. У Моисея жена Афросинья, коей цена четыре рубля. Дочь девка Мария, коей цена один рубль. Изба чёрная соснового лесу на семнадцати венцах ветхая с четырьмя волоковыми окнами, крыта дранью. Печь глиняная всего ценою два рубля пятьдесят копеек. Передние сени ветхие ценою десять копеек. На дворе баня сосновая на тринадцати венцах, крыта соломою, ценою один рубль». В баташёвских цехах вкалывали такие вот Пимены и Моисеи, коим цена была на полтинник больше, чем глиняной печке. Андрей Баташёв остался в истории человеком крайне жестоким. Не случайно до сего дня дожила легенда, согласно которой Баташёв, узнав о предстоящей проверке, уничтожал улики, открыв шлюз и затопив подземные мастерские, до сотни крестьян в это время чеканили для него фальшивые деньги.

Работящих гусевцев изводило не одно поколение Баташёвых. Заводы-то работали, а вот труд оплачивался крайне нестабильно — бывало, ожидание зарплаты доходило до трёх месяцев. Когда же терпение кончалось, народный гнев давал о себе знать — шли на завод. Правда, ходьба за деньгами была, как правило, безрезультатной. Внук Андрея Баташёва — Эммануил Иванович — оказался достойным потомком своего деда. При нём объёмы производства росли, техника обновлялась. Именно на заводах Эммануила Баташёва запустили первую в России регенеративную пудлинговую печь с двумя рабочими пространствами. Правда, именно при нём завод и встал. В 1904 году спрос на чугун резко упал, сократились военные заказы, истощились и запасы железной руды на берегах Гуся. Вскоре владелец заболел и умер. Последней хозяйкой усадьбы в Гусе-Железном оставалась вдова Эммануила Зинаида Владимировна Баташёва. В 1918 году всё её имущество конфисковала советская власть. 75-летнюю старуху расстреляли 16 ноября 1918 года. Приговор революционного трибунала гласил: «За активное и пассивное выступление против советской власти». В 1931 году расправились даже с мёртвыми Баташёвыми, вскрыв их фамильный склеп. Так окончилось владычество Баташёвых в Гусе, продолжавшееся ровно 160 лет.Сегодня в изрядно обтрепавшемся дворце Баташёвых разместился детский интернат. Стена из красного кирпича запускает в старый парк — здесь вековые липы и тропы, проторённые местными и заезжими пешеходами. Дух того времени захватил даже влившийся в место дом детского творчества. Остались в Гусе-Железном и предания. Рассказывают о подземных ходах, которые якобы находятся внутри старой усадьбы-крепости. Романтика у этих мест своеобразна. И чувствуется она, когда оказываешься лицом к лицу с Троицким собором. Возводили его по заказу Андрея Андреевича Баташёва, строили 66 лет — с 1802 по 1868 годы. Считается, что автором проекта собора был знаменитый архитектор Василий Баженов — строитель Пашкова дома в Москве. От церкви так и веет средневековьем — на готический храм приезжают взглянуть из самых далёких уголков России.От Рязани до Гуся 138 километров, по дороге на Касимов через Клепики и Туму. Из Москвы же сюда можно добраться по Егорьевскому шоссе. От Гуся есть дорога в Лубяники, откуда немногие знают пеший путь до Брыкина бора по Окскому биосферному заповеднику.

Вотчина олигархов. Как появился Гусь-Железный

Поселок Гусь-Железный невелик: в нем живет около 2,5 тыс. человек. А 250 лет назад здесь кипела жизнь: руками простых людей ковал многомиллионное состояние один из первых российских олигархов. Страшные истории о нем ходят до сих пор.

Гусь-Железный стоит на реке Гусь. И она названа так не случайно: и гусей, и лебедей здесь всегда хватало; даже приток Гуся – Колпь – в переводе с языка эрзя означает «лебедь». Однако и слово «кус» на этом же языке, или «кууси» на финском, переводится как «ель». «Еловая река» – вот что значит Гусь.

В середине XVIII века на берега этой реки пришли два брата, Андрей и Иван. Первому было 26 лет, второму – 23. Не дворяне, они унаследовали хорошее состояние своего отца, горного заводчика Родиона Баташева. Однако на это состояние жадно глядели приказчики, которым казалось, что ничего не стоит обмануть молодых господ. Да и те, кто жил в богом забытых деревушках Мещеры, смотрели на братьев исподлобья: что еще за новые хозяева? Вот и стали братья Баташевы держать себя. как бы это сказать, как бандиты.

Привыкших пописывать за конторкой приказчиков заставили, как простых мужиков, валить лес. Ропщущих деревенских не без помощи плетей согнали ставить «городок».

Так появился на Рязанщине Гусь-Железный.

река гусь.jpg

Золото под ногами

Род Баташевых восходит к потомственным тульским кузнецам. Еще в XVI веке они передавали из поколения в поколение свои секреты, а при Петре I один из Баташевых был приказчиком у Акинфия Демидова – знаменитого русского горнозаводчика. Полюбив приказчика за деловую хватку, Демидов позволил ему вести собственное дело в Тульской губернии.

Чугуноплавильные заводы приносили семье Баташевых стабильную прибыль, но в 1762 году сенат издал указ: в радиусе 200 верст от Москвы запрещалось тяжелое промышленное производство. Тогдашний глава клана Баташевых, Родион, и приобрел земли вокруг речки Гусь, но не дожил до постройки заводов там. Вести дела пришлось молодым наследникам-сыновьям.

На новых землях они обнаружили веселых жителей, старший из которых назвался Попом Сорокой. Пола все были поголовно мужского, все ходили с ножами, и только Сорока имел семью, в которой братья с удивлением узрели сразу нескольких жен. Такова была разбойничья шайка, обосновавшаяся на Гусе и промышлявшая грабежами купцов.

Братья Баташевы пригнали с собой почти тысячу человек рабочего люда, и Поп Сорока спорить с ними не стал. Водил их по окрестностям, показывал местность. Андрей то и дело поднимал бурые куски породы, тут и там валяющиеся на земле.

– Что собираешь, барин? – удивился поп-разбойник.

– Золото собираю, – усмехнулся заводчик.

Барская повадка

И выстроились там, где был лес, сотни домов для рабочих, и барские палаты, и один завод, и вскоре еще и еще. Производство работало по государственному заказу – отливали пушки и ядра для русско-турецкой войны – и прибыли поступали колоссальные. Иван Баташев поставил себе завод неподалеку, в Выксе, и переехал туда, а уже известный лютым нравом Андрей остался в Гусе.

стена завода

Разбойники, доселе обитавшие в этих местах, превратились в «уланов» – наемное войско барина Баташева. С их помощью он мог решать любые вопросы: украсть чужую жену? избавиться от несговорчивого соседа? – все делали уланы, было бы им вино. Постепенно к баташевской делянке прирастали новые земли, хозяева которых куда-то девались. Кто тонул в болоте, кто, получив деньги за свой участок, бывал по дороге домой ограблен и убит.

Рассказывают, что одного помещика, который никак не хотел уступать имения, Баташев пригласил к себе домой – на переговоры. Переговоры эти начались пиром, который затянулся на три дня: для гостя пели крепостные девки, его парили в бане, водка, которую ему наливали, пахла исключительно луговыми цветами. Через три дня, когда гость проспался, он обнаружил себя в пустом доме.

С тяжелым сердцем прискакал он в свое поместье и обмер. Вместо усадьбы простиралось на многие версты распаханное поле. Люди Баташева потрудились на славу: дом и постройки сожгли, а землю вспахали, да еще и засеяли пшеницей, и по осени сняли урожай.

За ради Троицы

Возможно, потому, что молодой Андрей Баташев богател с какой-то фантастической скоростью, про него поползли слухи, что он масон. Именно он ввел непривычную для русского обихода систему: работать в две смены. Вечером из заводских ворот валила толпа рабочих, в то время как навстречу ей шли другие, угрюмые люди. Говорили, будто они чеканят фальшивую монету.

Наверное, желая вымолить прощение за свои дела, Андрей Баташев к концу жизни заказал строительство громаднейшего по тем временам собора. Но не дожил даже до закладки фундамента: по легенде, он принял яд в 1799 году, когда понял, что правительство неминуемо «посадит» его.

собор

А через три года действительно был заложен Троицкий собор – здание величественное и совмещающее в своей архитектуре разные стили. Вплоть до начала ХХ века там собирались прихожане-рабочие. Потомки Андрея Баташева продолжали развивать производство еще столетие, но дедовской хватки у них не было, да и запасы руды в Гусе со временем исчерпались.

Династия промышленников прекратила свое существование, а собор в Гусе, население которого по сравнению с XIX веком сократилось в два раза (с 5000 до 2500 человек), – все стоит.

В XIX веке в Москве располагался дворец Баташевых. В 1812 году именно этот дом выбрал Жокен Мюрат для своей штаб-квартиры, но, пробыв там один день, отбыл по другому адресу. Наполеоновского генерала, по его собственному признанию, смутило странное чувство, которое охватывало его в доме. «На войне я не чувствовал себя трусом, – писал Мюрат, – но в чертовом русском доме меня всякую секунду пронимал ужас – и я не мог понять, отчего. Впрочем, подобные ощущения отмечала у себя и прислуга».

Читайте также: